ГК допускает возможность закрепить отказ от права в договоре. Но АПК презюмирует недействительность отказа в отношении права обращаться в суд.
Как оформить такое соглашение, чтобы избежать риска его аннулирования, — в статье.
Соглашение об отказе от права на обращение в суд позволяет предотвратить конфликтные ситуации и ограничить возможную ответственность сторон. Кроме того, сам факт предъявления иска может причинять стороне ущерб: репутационный вред, срыв сделок, отказ в выдаче кредита, понижение стоимости акций и т. д. Но императивный запрет на отказ от права обращаться в суд препятствует использованию этого механизма в российской практике. Рассмотрим, какие формулировки и правовые институты позволят добиться фактического отказа от судебного разбирательства.
Прямой отказ от права обращаться в суд
Отрицательная практика. Суды признают условия, содержащие прямой отказ от права на обращение в суд, ничтожными (постановление 10ААС от 30.01.2020 по делу № А41-76848/2019). При этом они ссылаются на ч. 3 ст. 4 АПК, ст. 9 ГК и ч. 1 ст. 46 Конституции.
Например, суды часто признают недействительными условия об отказе от предъявления требований к застройщику при передаче жилого помещения.
Примеры из практики.
1. Постановления АС Московского округа от 05.08.2020 по делу № А41-88538/2017, от 30.07.2020 по делу № А41-88538/2017.
Суд указал, что в силу ч. 3 ст. 4 АПК отказ от права на обращение в суд недействителен. В связи с этим п. 6 акта приема- передачи квартиры, подписанный застройщиком и дольщиком, не лишает последнего права на предъявление требования о взыскании неустойки.
2. Постановление АС Московского округа от 30.07.2020 по делу № А41-88538/2017.
Суд со ссылкой на ч. 3 ст. 4 АПК пришел к выводу о ничтожности пункта акта приема-передачи квартиры, в котором участник долевого строительства отказался от всех требований к застройщику, возникших в связи с заключением, исполнением и расторжением договора долевого участия.
Представляется, что лишение силы подобных условий правомерно, но правовое обоснование судов уязвимо для критики. Дело в том, что приведенные формулировки обычно навязываются потребителям под угрозой непередачи квартиры или совершения других неправомерных действий. Это влечет их оспоримость (п. 1 ст. 179 ГК) либо признание их явно обременительными (ст. 428 ГК).
Аналогичной позиции суды придерживаются в спорах по госконтрактам. В одном из дел суд указал, что, «поскольку в силу ч. 3 ст. 4 АПК отказ от права на обращение в суд недействителен, положения п. 9.4 государственного контракта в части ограничения возможности кредитора предъявить претензию за пределами 6 месяцев после нарушения обязательства другой стороной применению не подлежат» (постановления АС Московского округа от 28.04.2021 по делу № А40-88398/2020, от 23.03.2021 по делу № А40-222372/2019, от 02.11.2020 по делу № А40-224322/2019).
Также нельзя ограничить соглашением срок предъявления претензии, требования или иска, поскольку тем самым изменяется срок исковой давности, что делает условие недействительным в силу ст. 198 ГК.