Юристы рассказали «Право.ru», к чему приводят слезы в зале судебного заседания, почему судьи не терпят хамов и чем может обернуться резкий запах духов одного из представителей. Они посоветовали оставлять дома не только ножи и газовые баллончики, но также электросамокаты и коллекционные монеты.

Не готовьтесь

Перенести заседание из-за неподготовленности вряд ли получится. «Если никаких новых документов в материалы дела не поступало или они были заблаговременно направлены стороне, то суды, как правило, с раздражением отказывают в отложении, поскольку воспринимают эти действия как попытку затянуть процесс и угрозу нарушения сроков рассмотрения дела», – считает Сергей Морозов, юрист юркомпании Хренов и партнеры .

Партнеру Eversheds Sutherland Екатерине Тиллинг встречались юристы, которые пытались приобщить огромное количество материалов и документов, не относящихся к предмету спора. «Такое поведение раздражает судью и демонстрирует недостаточную квалификацию представителей. Суды всегда приветствуют аккуратность представителей в подготовке документов», – считает Тиллинг.

Наряжайтесь и прихватите вино

Партнер MGP Lawyers Денис Быканов рассказал, как один из представителей московской компании пришел на судебное заседание в шортах. «Дело было очень жарким летом в арбитражном суде одного из регионов России. Судья сделала такому юристу замечание и поинтересовалась: «Все ли в Москве ходят в суд в шортах?» На что получила ответ: «Вы, ваша честь, тоже без мантии на заседании присутствуете». В итоге все закончилось без последствий для представителя, к тому же и судья после замечания надела мантию», – сообщил Быканов. 

У руководителя проектов юркомпании Хренов и партнеры Анны Бурдиной был случай, когда в арбитражный суд одного из регионов пришла девушка в короткой джинсовой юбке, ажурных черных чулках, красных лаковых босоножках на высоких каблуках, с ярким вечерним макияжем. «Каково же было удивление всех присутствующих, когда эта дама предъявила доверенность в качестве представителя госкорпорации», – рассказала Бурдина.

Старший юрист Eversheds Sutherland Илья Тарабрин рекомендует оставить дома ножи, газовые баллончики и прочие подобные предметы, если только они не имеют прямого отношения к делу.

«Однажды я злорадствовал над девушкой, которую не пустили в суд с электросамокатом, но сам тут же получил от пристава замечание: у меня в портфеле лежала бутылка португальского портвейна в подарок коллеге. В другой раз я не успел до заседания закончить личные дела в банке, поэтому пришлось прийти в суд буквально с пакетом, набитым наличностью. А еще был случай, когда я вызвался помочь знакомой передать ее родственнице коллекционные монеты, которые на рентгене выглядели как граната. Было непросто объясняться с охраной на глазах у изумленной публики, зачем мне потребовалось везти в суд кулек монет», – говорит старший юрист юркомпании Хренов и партнеры Дмитрий Шнигер. После всех этих неловких случаев он зарекся брать в суд что-либо, кроме ноутбука и минимального набора бумажных документов.

Говорите, что хотите, и не думайте о последствиях

В практике Морозова была ситуация, когда судья сомневался, истребовать определенные доказательства или нет. На это оппоненты начали в категоричной форме утверждать, что суд не может истребовать у них документы, поскольку они являются стороной спора. «Их поучительный тон явно задел судью, который не только удовлетворил ходатайство об истребовании, удовлетворять которое ранее не был настроен, но и вынес предупреждение представителям оппонентов», – поделился Морозов.

Практика Быканова показывает: интеллигентный и воспитанный представитель не только вызывает глубокое уважение, но и выигрышно выглядит в суде на фоне своих беспринципных оппонентов, не брезгующих никакими приемами. У Тарабрина были примеры, когда обсценная лексика представителя оппонента стала поводом удалить его из зала судебных заседаний. А партнер КИАП Анна Грищенкова несколько раз была удалена из зала суда за активную позицию по делу: «К сожалению, судьи у нас настолько занятые и уставшие, что некоторых можно разозлить просто одним своим присутствием. У меня в жизни было два раза, когда меня за активную позицию по делу суд удалял с приставами. Не советую повторять такой опыт, но эти дела мы все равно в итоге выиграли».

Морозов вспомнил дело, в котором истребовались объекты из чужого незаконного владения: «Судья изначально склонялся к тому, чтобы отказать в истребовании объекта. Однако представитель ответчика настолько хамски вел себя с экспертом и другими участниками спора, что судья за потоком оскорблений не смог или уже не захотел разглядеть правовую позицию ответчика, на мой взгляд, заслуживающую как минимум обсуждения. В итоге суд занял нашу сторону. В другом деле мой оппонент решила начать свое выступление с нелестных отзывов о моральных качествах доверителя. Кончилось это для нее плохо: она была удалена из зала судебного заседания и не успела изложить свою позицию по существу, а решение вынесли против ее доверителя».

Тарабрин считает очень важным в судебном процессе быть предельно точным и кратким при представлении своих аргументов: «У судьи может не быть много времени на прочтение процессуальных документов. Поэтому важно тезисно излагать правовую позицию с расстановкой акцентов на существенных моментах». «Как разозлить судью своим выступлением? Говорить по любому поводу обо всём, а не только об обсуждаемом сейчас предмете. Это точно не поможет адвокату в суде, зато поможет настроить судью против себя и своей позиции», – уверен Вадим Клювгант, партнер и соруководитель уголовно-правовой практики Pen & Paper. «Повторение одного и того же часто раздражает судей. У меня была история, когда представителя стороны выгнали из зала заседания после заявления восьмого отвода», – рассказал партнер практики по разрешению споров Bryan Cave Leighton Paisner (Russia) LLP Иван Веселов.

Ничего не повторяйте дважды

Старший юрист юркомпании Хренов и партнеры Шнигер уверен: категорически нельзя начинать ответ на вопрос суда словами вроде «нет, вы неправильно поняли…», «суд заблуждается…» и т. д. «Даже если суд спросил, как вам кажется, глупость, то надо учитывать, что у судьи всего минут 15 на ваше дело, которым вы сами занимаетесь, возможно, не один месяц. Поэтому надо снисходительно отнестись к тому, что суд мог не уловить что-то с первого раза, а в ответе быть исключительно вежливым», – считает Шнигер.

«Лучший способ навредить себе в судебном процессе – это игнорировать вопросы судьи, какими бы неуместными или даже недалекими они ни казались. Дело в том, что цели таких вопросов могут быть разными. Судья не только может уточнять то, что, по его мнению, действительно важно, но и руководить процессом, чтобы дать понять, что требуется дополнительно прояснить с точки зрения фактических обстоятельств. Бывает, суд задает вопросы в поучительной или в другой нелицеприятной форме. Не стоит на это обижаться. Самое главное – сделать для себя правильные выводы из такого диалога», – отметил Быканов. «Если судья что-то спрашивает, то надо этому радоваться: судья «жив», судья вникает в дело, судья готов вас слушать», – говорит Грищенкова.

Руководитель судебной практики юркомпании Каменская & партнёры Мария Канунцева категорически не рекомендует раздражаться и говорить суду, что вы только что всё сказали, ваше выступление закончено и вы не собираетесь повторять. «Наоборот, в условиях ограниченного времени на выступление используйте внимание к вам со стороны судьи максимально. Иногда прояснения требует вопрос, прямой ответ на который вовсе не желателен. Здесь могут помочь различные техники ухода от вопросов, но при условии, что вы в этом далеко не новичок. Надо постараться не давать информацию, которую потом может использовать против вас оппонент», – говорит Канунцева.

Заставьте всех вас запомнить

Партнер Пепеляев Групп Юрий Воробьев не рекомендует брать на заседание детей. За ними сложно следить. В некоторых случаях это делают для морального давления на суд, а судьи это понимают, говорит Воробьев. Примером поделилась Бурдина. По ее словам, в ходе одного из процессов представитель ответчика демонстративно выставила радионяню и пояснила, что она работающая мать, а в машине муж сидит с грудным ребенком. «После неудачного выступления и провальных ответов на вопросы суда она решила расплакаться. В итоге суд объявил представителю предупреждение, а затем и перерыв в судебном заседании. Во время перерыва судья четко объяснил свою «гражданскую позицию». Он тоже молодой отец и провел бессонную ночь, но ни разу не позволил себе проявить раздражение или сорваться на ком-либо из участников процесса», – отметила Бурдина.

В практике Анны Акифьевой, старшего консультанта юркомпании Каменская & партнёры , был случай: судья не могла нормально вести процесс, так как страдала головной болью из-за резкого запаха духов представителя оппонента. «Судья держалась героически, но после окончания заседания поделилась, что ей было очень тяжело от запаха. Неприятные, нечистоплотные, удушливые и тяжёлые запахи могут стать серьёзной проблемой при рассмотрении дела: они отвлекают, не дают сосредоточиться и могут даже отразиться на итоге дела», – полагает Акифьева.

А Грищенкова рассказала, как оппонент, который был заявителем кассационной жалобы, не явился в суд, но позвонил и через помощника попросил подождать его, поскольку уже в пути. Судьи кассации пошли навстречу и остановили заседание. «Когда спустя четыре часа появился оппонент, заседание снова началось, а судьи предоставили оппоненту слово. Тот сообщил, что поддерживает доводы кассационной жалобы в полном объеме, и сел на свое место. Только представьте лица судей в этот момент. Дело в итоге решилось в нашу пользу», – отметила Грищенкова.

Источник